Аревин А.Г., Грицкевич А.А., Мирошкина И.В., Карельская Н.А., Теплов А.А.

Роботическая хирургия в органосохраняющем лечении мышечно-инвазивной формы рака мочевого пузыря

Введение. Органосохраняющее лечение рака мочевого пузыря (РМП) является актуальной проблемой современной онкоурологии. В настоящее время цистоэктомия (ЦЭ) является «золотым стандартом» лечения больных мышечно-инвазивной формой РМП. Однако поиск новых органосохраняющих методик в наши дни также актуален.


Цель обзора. Обзор мировых публикаций, посвященных органосохраняющему лечению мышечно-инвазивной формы рака мочевого пузыря, выполненного с помощью робот-ассистированной хирургии.


Материалы и методы. Проведен поиск литературы в базе данных Pubmed по ключевым словам: «роботическая резекция мочевого пузыря, робот-ассистированная резекция мочевого пузыря». На основании анализа 47 российских и зарубежных литературных источников авторы проанализировали целесообразность выполнения роботической резекции мочевого пузыря (МП) при мышечно-инвазивной форме рака.


Результаты. Резекция МП (РезМП) является альтернативным методом лечения для тщательно отобранных пациентов и требует последующего наблюдения в течение всей жизни. Первое упоминание о роботической резМП встречается в 2008 году. Применение роботического комплекса Da Vinci для проведения резМП имеет ряд преимуществ – меньшая кровопотеря, короткое время госпитализации (1-5 дней), однако требует более глубокого изучения ввиду отсутствия крупных исследований. Все имеющиеся исследования ограничены небольшим количеством пациентов, а также в настоящее время отсутствуют исследования, сравнивающие открытую резекцию МП и робот-ассистированную.


Выводы. Добиться сопоставимых онкологических результатов у пациентов, перенесших ЦЭ, позволяет строгий отбор кандидатов для резМП. Выполнение робот-ассистированной резМП ввиду лучшей визуализации и точности во время операции позволяет урологу максимально прецизионно удалить опухоль. Применение роботического комплекса Da Vinci при РезМП в определенных популяциях больных позволяет сократить время пребывания в стационаре, срок реабилитации, снизить количество осложнений. Сравнение роботической с другими методиками резМП является полем для дальнейшего научного поиска.


Введение

Органосохраняющее лечение рака мочевого пузыря (РМП) является актуальной проблемой современной онкоурологии. Несмотря на развитие химиотерапии, лучевой и иммунотерапии радикальная цистэктомия (ЦЭ) остается приоритетным методом лечения мышечно-инвазивной формы уротелиального рака. Однако ЦЭ является травматичным вмешательством и ассоциирована с большим процентом осложнений (от 13 до 67%). При возможном органосохраняющем радикальном лечении в клинической практике выполняется резекция мочевого пузыря (РезМП), что также положительно влияет на качество жизни больных. РезМП представляет собой альтернативный хирургический подход лечения мышечно-инвазивной формы РМП, позволяющий избежать серьезных осложнений, возникающие после ЦЭ. Строгий отбор кандидатов для РезМП позволяет добиться сопоставимых с ЦЭ онкологических результатов. Выполнение робот-ассистированной РезМП (РАРМП), ввиду лучшей визуализации и точности во время операции, позволяет урологу максимально прецизионно удалить опухоль. Применение роботического комплекса Da Vinci при РезМП в определенных популяциях больных, позволяет сократить время пребывания в стационаре, срок реабилитации, снизить количество осложнений.


Материалы и методы

Проведен поиск литературы в базе данных Pubmed, е. library и др. по ключевым словам: «рак мочевого пузыря», «резекция мочевого пузыря», «органосохраняющее лечение», «робот-ассистированная резекция», «роботический комплекс Da Vinchi» («bladder cancer», «bladder resection», «organ-preserving treatment», «robotic surgery», «robot-assisted resection», «robotic complex Da Vinci»). Выполнен поиск англоязычных и русскоязычных материалов, клинических исследований по данным пред- ставленных резюме, полнотекстовых статей, обзоров литературы по временному интервалу до июня 2019 года включительно. Отобранные статьи по данной теме вместе с материалами, находившимися в свободном доступе в сети интернет, сгруппированы, выполнен их анализ.


Результаты и их обсуждение

Улучшение результатов лечения РМП является актуальной проблемой современной онкоурологии, что обусловлено высокой заболеваемостью с тенденцией к постоянному росту, длительностью и сложностью лечения, частой инвалидизацией [1].

В России, в структуре онкологических заболеваний в 2016 году РМП занимал 9-е место по частоте встречаемости у мужчин. Он был диагностирован у 12 635 муж- чин и 3 830 женщин. Средний возраст заболевших составил 67,2 года. Прирост заболеваемости за 10 лет (с 2006 по 2016 год) составил 24,35% при среднегодовом уровне прироста 2,15% [1].


В мире, в структуре онкологических заболеваний в 2018 году РМП занимал 6-е место по частоте встречаемости у мужчин и 10-е место – у обоих полов. РМП чаще встречался у мужчин, чем у женщин, при этом соответствующие показатели заболеваемости и смертности мужчин составляли 9,6 и 3,2 на 100 000 мужчин, что примерно в 4 раза больше, чем у женщин. Самые высокие показатели заболеваемости у обоих полов отмечались в Южной Европе (Греция, где зафиксирован самый высокий показатель заболеваемости среди мужчин в мире; Испания; Италия), Западной Европе (Бельгия и Нидерланды) и Северной Америке, а самые высокие показатели среди женщин наблюдались в Ливане [2].


Несмотря на то, что в большинстве стран ЦЭ с тазовой лимфаденэктомией (ТЛАЭ) является стандартом лечения мышечно-инвазивного РМП (МИРМП), в определенных популяциях больных продолжается активный поиск органосохраняющих методов лечения [3]. РАРМП является одним из таких методов и может представлять собой альтернативу открытой резекции. В настоящее время идет накопление опыта по оценке непосредственных и отдаленных его результатов, осложнений и качества жизни пациентов. Данные небольших серий наблюдений и отдельных отчетов должны быть критически проанализированы до широкого применения этого метода [4,5].


Для того чтобы понять возможность применения РАРМП необходимо подробнее остановиться на вопросе эффективности выполнения открытой резекции. РезМП имеет определенные преимущества перед ЦЭ: сохранение естественной континенции мочи и эректильной функции у мужчин. Кроме того, в случаях невозможности выполнения ортотопической пластики мочевого пузыря некоторые урологи рассматривают РезМП как менее травматичную операцию, подходящую для пациентов высокого риска и паллиативных ситуаций. Хотя РезМП играет ограниченную роль в лечении РМП, у правильно отобранных пациентов могут быть достигнуты аналогичные онкологические результаты, как у пациентов, перенесших ЦЭ [6,7].


Ранний опыт работы при проведении РезМП до 1990-х годов был отмечен высокой частотой рецидивов и низкой общей выживаемость (ОВ). Рецидивирование также обусловливает риск прогрессирования заболева- ния, метастазирования и снижение опухолево-специфической выживаемости (ОСВ). У многих пациентов проведение спасительной ЦЭ невозможно, и в некоторых анализах серий случаев сообщалось о высокой частоте смертности у пациентов с рецидивами. По результатам анализа литературы, частота рецидивирования после РезМП составляла от 19 до 78 %. Вероятно, на рецидив влияет стадия Т3b, низкодифференцированный рак (high grade) и размер опухоли (> 4 см). В таблице 1 представлена частота рецидивирования, определенная по результатам различных исследований.


Таблица 1. Различные исследования и выявленная в них частота рецидивов./Table 1. Various Studies and Their Corresponding Recurrence Rates

Исследования Частота рецидивов
M. Resnick, V.J. O'Connor (1973) [10] 76%
R.А. Evans, J.Н.Texter (1975) [37] 40%
А.С. Novick, B.H. Stewart (1977) [38] 50%
J.A. Peress и соавт. (1977) [8] 54%
K.B. Cummings и соавт. (1978) [39] 49%
T.W. Schoborg и соавт. (1979) [40] 70%
М.Н. Faysal, F.S. Freiha (1979) [11] 78%
А. Jardin, G. Vallencien (1984) [41] 78%
F. Lindahl и соавт. (1984) [42] 58%
J. Kaneti (1986) [43] 38%
N. P. Dandekar и соавт. (1995) [13] 43%
J.M. Holzbeierlein и соавт. (2004) [33] 19%
W. Kassouf и соавт. (2006) [34] 49%
J.J. Knoedler и соавт. (2012) [19] 43%


J.A. Peress и соавт. отметили, что оценка степени зло- качественности перед операцией является важным прогностическим фактором для определения риска рецидива после РезМП [8]. В исследовании участвовал 61 пациент с переходно-клеточным раком в стадии А. Результаты по- казали, что у 54 % пациентов с опухолями с высокой степенью злокачественности был рецидив после РезМП с последующей системной прогрессией. M.C. Smaldone и соавт. выяснили, что только размер опухоли на момент проведения резекции мочевого пузыря был связан с рецидивированием [9].


Ранние исследования, проведенные M.I. Resnick и соавт. и M.H. Faysal и соавт., также подтверждают эти результаты [10,11]. Такая высокая частота локального рецидивирования отражает естественное течение РМП. У некоторых пациентов уротелиальный РМП может поражать весь уротелий. Исходы лечения в отношении рецидивирования и выживаемости зависят от стадии рака и степени злокачественности. При лечении рака в стадии Ta- T2 методом трансуретральной резекции (ТУР) отмечается рецидивирование в 60 % случаев. При первичном обращении у 2/3 пациентов с уротелиальным раком определяется поверхностный рак (Та, Т1), и у 2/3 из них развивается рецидив (20 % рецидивов с более высокой степенью злокачественности). Смерть от уротелиального рака отмечена у 5% пациентов с низкой степенью злокачественности и у 83 % пациентов с высокой степенью злокачественности при стадии Т2.


Лечение локального рецидивирующего РМП можно проводить методом ТУР с применением внутри- пузырной химиотерапии, лучевой терапии, повторной резекции мочевого пузыря и ЦЭ. 4–15% из всех пациентов, которым проводилась РезМП пузыря, со временем проводят ЦЭ. Спасительная ЦЭ может способствовать улучшению выживаемости, хотя прогноз в большой степени зависит от предоперационной истин- ной распространенности рака, а также стадии рN [12]. Рецидив в хирургическом крае наблюдался у 40–54% пациентов с опухолями высокой степенью злокачественности [8,11].


В настоящий момент по данным зарубежных авторов 5-летняя ОВ после РезМП составляет 57,2-70%, безрецидивная выживаемость (БРВ) – 39-64% и опухолево-специфическая (ОСВ) – 76,4-87%. Таким образом, у отобранной группы больных по вышеуказанным критериям результаты при РезМП не уступают результатам ЦЭ [13–15].


В российской и зарубежной литературе на сегодняшний момент сформированы следующие критерии для отбора пациентов, с целью повышения выживаемости пациентов после РезМП [16]:

1) первичное поражение мочевого пузыря;

2) одиночная опухоль;

3) локализация опухоли на подвижных стенках моче-

вого пузыря, позволяющая отступить от края опухоли на 2 см;

4) размеры опухоли не более 5–6 см в диаметре;

5) отсутствие в окружающей макроскопически не измененной слизистой оболочки МП и простатическом отделе уретры рака in situ или тяжелых диспластических изменений.


У больных РМП, рассматриваемых для РезМП, необходимо тщательно обследовать весь уротелиальный тракт от почек до уретры. До операции в мочевыводящих путях не должно быть других злокачественных новообразований.

Другие противопоказания к резекции мочевого пузыря включают следующее:

• клеточная атипия в случайных образцах биопсии;

• инвазия предстательной железы;

• шейка мочевого пузыря или инвазия мочепузырного треугольника;

• наличие лимфоваскулярной инвазии в образцах биопсии;

• неспособность обеспечить достаточный запас хирургического вмешательства;

• предварительная лучевая терапия;

• недостаточный объем мочевого пузыря после резекции;

• метастатическая форма;

• тяжелое предоперационное состояние, характеризующееся высоким хирургическим риском.


В отечественной и зарубежной литературе были проведены различные исследования по оценке выживаемости пациентов больных РМП после проведения ЦЭ. На выживаемость влияют стадия рака, степень злокачественности и гистологические характеристики. Оценить влияние РезМП на ОВ и сравнить ее с результатами ЦЭ является затруднительным. Большинство описанных случаев лечения с применением метода РезМП — это небольшие выборки (обычно < 50 пациентов) в сравнении с выборками из более 1000 пациентов, получавших лечение методом ЦЭ. Кроме того, большинство выборок пациентов с РезМП представлены больными с опухолями с низкой степенью риска, прошедшими тщательный отбор перед операцией, что может влиять на выживаемость. Помимо этого, у пациентов с РезМП часто не применяется удаление тазовых лимфатических узлов (ЛУ), что затрудняет анализ для изучения влияния на выживаемость [17,18].


При сравнении результатов лечения уротелиального рака определенной стадии и степени злокачественности показатели выживаемости при РезМП были хуже в сравнении с ЦЭ. Частота 5-летней ОВ варьирует от 35 до 70 % в сравнении с 50—88 % у пациентов после ЦЭ. Тем не менее, проведенный недавно парный анализ по типу «случай-контроль» (с пациентами, соответствующими по возрасту, полу, стадии Т по гистопатологическому заключению, а также по проведению химиотерапии) не выявил разницы в выживаемости без метастазирования или ОСВ между пациентами после РезМП и ЦЭ, хотя у пациентов после РезМП все же остается повышенный риск рецидива [19]. Рандомизированные исследования показали, что неоадъювантная химиотерапия улучшает ОВ пациентов после ЦЭ, хотя остается неясным, будет ли адъювантная терапия настолько же эффективной [20,21].


Следует рассмотреть вопрос о проведении адъювантной химиотерапии у пациентов, которым проводится РезМП при распространении опухоли за пределы мочевого пузыря или наличии метастазов в тазовых ЛУ (табл. 2). По данным J.J. Trulson и соавт. при сравнительной выживаемости после различных методов лечения РМП на стадии T2 у восьмидесятилетних пациентов и старше и резекция мочевого пузыря, и радикальная цистэктомия имели значительно более высокие показатели как ОВ, так и ОСВ в течение 3 и 5 лет по сравнению с лучевой терапией или ТУР. ОСВ составляла 38,3 и 33,4 % соответственно для ТУР; 41,6 и 35,0% для лучевой терапии; 66,6 и 55,5% для ЦЭ [22].


Таблица 2. Показатели выживаемости в зависимости от степени злокачественности опухоли

Исследования 5-летняя выживаемость (%) Grade I 5-летняя выживаемость (%) Grade II 5-летняя выживаемость (%) Grade III/IV 10-летняя выживаемость (%) Grade I 10-летняя выживаемость (%) Grade II 10-летняя выживаемость (%) Grade III/IV
J. Magri (1962) [44] 88 33 34 - - -
D.E. Utz и соавт. (1973) [45] 100 48 39 - - -
А.С. Novick, B.H. Stewart(1976) [38] 100 75 40 0 67 8

W. Brannan и соавт. (1978) [46] 50 62 55 50 33 30
T.W. Schoborg и соавт. (1978) [39] 100 96 32 - - -

Schoborg и соавт. (1979) [40] 75 62 26 50 28 4
М.Н. Faysal, F.S. Freiha (1979) [11] 100 53 30 25 20 8

R. Merrell и соавт. (1979) [47] 78 56 22 83 32 0
J. Kaneti (1986) [45] 75 46 46 - - -
N. Dandekar и соавт. (1995) [13] 100 94.4 53.5 - - -


Также необходимо учитывать тот факт, что в случае рецидива после РезМП возможно выполнение ЦЭ. Так R.J. Mason и соавт. оценили периоперационные и онкологические результаты пациентов, перенесших ЦЭ по поводу рецидива уротелиального рака после РезМП, и сравнили эти результаты с пациентами, перенесшими первичную ЦЭ. Стоит заметить, что ОСВ была значительно хуже у пациентов, перенесших ЦЭ после РезМП (10-летняя ОСВ – 46,9 против 65,9%; р = 0,03). При мультипараметрическом анализе предшествующая РезМП оставалась независимо ассоциирована с повышенным риском смерти от РМП (ОР 2,28; 95% ДИ 1,17, 4,42) [23].


Важное значение имеет тщательный мониторинг со- стояния всех больных РМП, так как часто наблюдаются рецидивы заболевания. Цистоскопию следует проводить раз в 3 месяца, изначально — с цитологическим исследованием выделенной мочи и с частыми визуализационными исследованиями.


Лучевая диагностика состояния верхних отделов мочевыделительной системы с применением методов внутривенной урографии, КТ-урографии или ретроградной пиелографии также необходима, хотя рецидивы заболевания в верхних отделах встречаются реже. Следует определить точный индивидуальный график контрольных обследований. Пациентам с опухолями высокой степени злокачественности следует постоянно проводить контроль для выявления рецидивов и прогрессирования заболевания.


РезМП также можно выполнить с применением лапароскопической или роботизированной методики. Ход операции при этом особо не отличается от операции открытым доступом [24,25]. С помощью лапароскопических или роботизированных методов у некоторых пациентов опытные хирурги могут добиться укорочения периода восстановления и периода госпитализации [4,5,26].


Первое упоминание о РАРМП появилось в 2008 г. B.U. Tareen и соавт. которые сообщили о четверых пациентах, перенесших роботизированную резекцию мочевого пузыря, трое из них имели доброкачественные новообразования, а у одного из пациентов уротелиальный рак был выявлен в дивертикуле [25].


В 2010 году D.K. Kim и соавт. сообщили об их первом опыте РАРМП у четырех пациентов с доброкачественным образованием урахуса [27].

Так же в 2010 г. S. Allaparthi и соавт. описано небольшое экспериментальное исследование трех пациентов, которым была выполнена РАРМП по поводу мышечно-инвазивного рака с последующим наблюдением в течение 6 месяцев [4].


За исключением рецидива РМП, общая частота осложнений после РезМП составила 11-29%, при этом в не- давних публикациях сообщается о снижении частоты осложнений и смертности в крупных центрах [28].


Наиболее частыми осложнениями РезМП являются: кровотечение, инфекционно-воспалительные осложнения, уменьшение объема МП и мочевые затеки. Реже у некоторых пациентов формируются свищи (пузырно-кожные, пузырно-вагинальные, толстокишечно-пузырные). Также к числу осложнений относятся общие нарушения для любых серьезных операций: инфаркт миокарда, тромбоэмболия легочной артерии, застойная сердечная недостаточность, кровотечения в верхних отделах ЖКТ.


Лапароскопическая и РАРМП обладает значительными преимуществами и потенциалом для дальнейшего снижения продолжительности госпитализации, частоты интра- и послеоперационных осложнений [29].


Хотя крупные исследования РАРМП не проводились, D.M. Golombos и соавт. недавно опубликовал результаты анализа серии случаев лечения 29 пациентов. Хотя в данный анализ была включена неоднородная популяция пациентов, медиана продолжительности госпитализации составляла 1 день, а общая частота развития осложнений за 90 дней после РезМП составила 24,1% (I-II по классификации Clavien-Dindo)[5]. Эти данные сопоставимы с результатами других исследований [30].


Максимальный уровень смертности в периоперационом периоде составил 10%, хотя в недавних исследованиях он не превышал 1-2%.

N.Y. Yu и соавт. сообщили в своем исследовании о том, что пациент, подвергающиеся РАРМП по сравнению с открытой ЦЭ имели меньше стационарных осложнений (49,1% vs 63,8%, p = 0,035) и меньше смертей (0% and 2,5%, p < 0,001) [31].


В недавнем систематическом обзоре G. Novara и соавт., которые сравнивали РАРМП и открытую ЦЭ, показан меньший объем кровопотери и более короткое время пребывания в стационаре (p < 0,04) а так же меньший уровень осложнений в течение 90 дней у больного после РАРМП [32].


Опухоли, расположенные на шейке мочевого пузыря или в области треугольника Льето, могут не подходить для РезМП, так как достижение оптимального запаса хирургического края может быть затруднено. Используя эти более строгие критерии, только 3–10% пациентов с мышечно-иyвазивными опухолями остаются кандидатами для проведения резекции мочевого пузыря [33,34].


Важными показателями для оценки эффективности онкологических результатов при хирургическом лечении уротелиального рака являются наличие положительного края резекции и вовлечение лимфатических узлов [31,32]. По данным серий исследований положительный край встречается в 0–14% случаев [34,35].


Среднее время пребывание в стационаре после РАРМП колеблется от 1 до 5 дней [5,29]. М. Kates и соавт. сообщили, что среди более чем 10 000 пациентов, перенесших РезМП, длительность пребывания в стационаре составила 5 (3–8) дней [28].


Ряд исследований имеют сходные результаты: средняя длительность пребывания составляет 6 (3–14) дней, а среднее SD – 4,2 (1,3) дня, соответственно. Хотя это выходит за рамки данной статьи, мы предполагаем, что такое значительно сокращенное пребывание в стационаре, связанное с роботизированным подходом, может обеспечить экономическую выгоду [9,34].


Недавние публикации сотрудников крупных роботизированных центров не сообщили о различиях в осложнениях и результатах выживания у лиц пожилого возраста, которым была проведена РАРМП по сравнению с молодыми пациентами. Разумеется, опыт большого центра и использование роботизированного подхода, возможно, способствовали благоприятным результатам у данной группы пожилых пациентов [36].


Большинство отчетов, исследующих РАРМП, ограничивается небольшим количеством пациентов. Никакой предшествующий анализ не сравнивал результатов РАРМП с результатами пациентов, перенесшими открытую резекцию мочевого пузыря.


Однако в 2018 году опубликована работа G.C. Bailey и соавт., в которой проведено сравнение между роботизированной и открытой резекцией мочевого пузыря. Не- обходимо отметить, что при выборе между этими двумя методами для пациентов с МИРМП увеличенное время операции, связанное с РАРМП, должно быть сопоставимо с более коротким послеоперационным пребыванием в больнице [29].


Выводы

1. В настоящее время ЦЭ является «золотым стан- дартом» лечения больных МИРМП. Однако поиск новых органосохраняющих методик в наши дни также актуален;

2. При выборе объема оперативного вмешательства стоит учитывать различные факторы (объем опухоли, ее локализацию и местную распространенность). РезМП является альтернативным методом лечения для тщательно отобранных пациентов и требует последующего местного контроля в течение всей жизни;

3. Применение роботического комплекса Da Vinci для проведения РезМП имеет ряд преимуществ, однако результаты требуют более глубокого изучения ввиду отсутствия крупных исследований;

4. Современные методики хирургического лечения позволяют максимально обезопасить оперируемый орган, способствовать быстрому восстановлению больных в послеоперационном периоде при удовлетворительных онкологических результатах.


1. Каприн А.Д., Старинский В.В. Злокачественные новообразования в России в 2016 году (заболе- ваемость и смертность). [Под ред. А.Д. Каприна, В.В. Старинского, Г.В. Петровой.] М.: МНИОИ им. П.А. Герцена – филиал ФГБУ «НМИРЦ» Минздрава России, 2018. 250 с. [Kaprin A.D., Starinsky V.V. Malignant neoplasms in Russia in 2016 (morbidity and mortality). [Ed. HELL. Kaprina, V.V. Starinsky, G.V. Petrova.] M.: Moscow P.A. Herzen - a branch of the NМRС of the Ministry of Health of Russia, 2018.250 p.] 2. Bray F, Ferlay J, Soerjomataram I, Siegel RL, Torre LA, Jemal A. Global cancer statistics 2018: GLOBOCAN estimates of incidence and mortality worldwide for 36 cancers in 185 countries. CA Cancer J Clin 2018;68:394–424. doi: 10.3322/caac.21492. 3. Kaufman DS, Shipley WU, Feldman AS. Bladder cancer. Lancet 2009;374:239–49. doi: 10.1016/S0140-6736(09)60491-8. 4. Allaparthi S, Ramanathan R, Balaji KC. Robotic partial cystectomy for bladder cancer: A single-in- stitutional pilot study. J Endourol 2010;24:223–7. https://doi.org/10.1089/end.2009.0367. 5. Golombos DM, O’Malley P, Lewicki P, Stone B V., Scherr DS. Robot-assisted partial cystectomy: pe- rioperative outcomes and early oncological efficacy. BJU Int 2017;119:128–34. doi: 10.1111/bju.13535. 6. Hong SH, Kim JC, Hwang TK. Laparoscopic partial cystectomy with en bloc resection of the urachus for urachal adenocarcinoma. Int J Urol 2007;14:963–5. doi: 10.1111/j.1442-2042.2007.01855.x. 7. Henly DR, Farrow GM, Zincke H. Urachal cancer: Role of conservative surgery. Urology 1993;42:635–9. doi: 10.1016/0090-4295(93)90526-G. 8. Peress JA, Waterhouse K, Cole AT. Complications of partial cystectomy in patients with high grade bladder carcinoma. J Urol 1977;118:761. doi:10.1016/S0022-5347(17)58183-5. 9. Smaldone MC, Jacobs BL, Smaldone AM, Hrebinko RL. Long-term results of selective partial cystectomy for invasive urothelial bladder carcinoma. Urology 2008;72:613–6. doi: 10.1016/j.urology.2008.04.052. 10. Resnick MI, O’Conor VJ. Segmental resection for carcinoma of the bladder: review of 102 patients. J Urol 1973;109:1007–10. doi: 10.1016/S0022-5347(17)60608-6. 11. Faysal MH, Freiha FS. Evaluation of partial cystectomy for carcinoma of bladder. Urology 1979;14:352–6. doi: 10.1016/0090-4295(79)90078-5. 12. Bruins HM, Wopat R, Mitra AP, Cai J, Miranda G, Skinner EC, et al. Long-term outcomes of salvage radical cystectomy for recurrent urothelial carcinoma of the bladder following partial cystectomy. BJU Int 2013;111. doi: 10.1111/j.1464-410X.2012.11438.x. 13. Dandekar NP, Dalal A V., Tongaonkar HB, Kamat MR. Adenocarcinoma of bladder. Eur J Surg Oncol 1997;23:157–60. doi: 10.1016/S0748-7983(97)80012-1. 14. Balbay MD, Slaton JW, Trane N, Skibber J, Dinney CPN. Rationale for bladder-sparing surgery in patients with locally advanced colorectal carcinoma. Cancer 1999;86:2212–6. doi: 10.1002/(SICI)1097-0142(19991201)86:11<2212::AID-CNCR6>3.0.CO;2-2. 15. Nyam DC, Seow-Choen F, Ho MS, Goh HS. Bladder involvement in patients with colorectal car- cinoma. Singapore Med J 1995;36:525–6. 16. Sweeney P, Kursh ED, Resnick MI. Partial cystectomy. Urol Clin North Am 1992;19:701–11. 17. Dorin RP, Skinner EC. Extended lymphadenectomy in bladder cancer. Curr Opin Urol 2010;20:414–20. doi: 10.1097/MOU.0b013e32833c9194. 18. Fahmy N, Aprikian A, Tanguay S, Mahmud SM, Al-Otaibi M, Jeyaganth S, et al. Practice patterns and recurrence after partial cystectomy for bladder cancer. World J Urol 2010;28:419–23. doi: 10.1007/s00345-009-0478-x. 19. Knoedler JJ, Boorjian SA, Kim SP, Weight CJ, Thapa P, Tarrell RF, et al. Does partial cystectomy com- promise oncologic outcomes for patients with bladder cancer compared to radical cystectomy? A matched case-control analysis. J Urol 2012;188:1115–9. doi: 10.1016/j.juro.2012.06.029. 20. Grossman HB, Natale RB, Tangen CM, Speights VO, Vogelzang NJ, Trump DL, et al. Neoadjuvant chemotherapy plus cystectomy compared with cystectomy alone for locally advanced bladder cancer. N Engl J Med 2003;349:859–66. doi: 10.1056/NEJMoa022148. 21. Millikan R, Dinney C, Swanson D, Sweeney P, Ro JY, Smith TL, et al. Integrated therapy for locally advanced bladder cancer: Final report of a randomized trial of cystectomy plus adjuvant M-VAC versus cystectomy with both preoperative and postoperative M-VAC. J Clin Oncol 2001;19:4005–13. doi: 10.1200/JCO.2001.19.20.4005. 22. Trulson JJ, Sharma P, Haden T, Kheterpal E, Pokala N. Comparative survival following different treat- ment modalities for stage T2 bladder cancer in octogenarians. World J Urol 2014;32:425–9. doi: 10.1007/s00345-013-1123-2. 23. Mason RJ, Frank I, Bhindi B, Tollefson MK, Thompson RH, Karnes RJ, et al. Radical cystectomy for recurrent urothelial carcinoma after prior partial cystectomy: perioperative and oncologic outcomes. World J Urol 2017;35:1879–84. https://doi.org/10.1007/s00345-017-2087-4. 24. Colombo JR, Desai M, Canes D, Frota R, Haber GP, Moinzadeh A, et al. Laparoscopic partial cystectomy for urachal and bladder cancer. Clinics 2008;63:731–4. doi: 10.1590/S1807-59322008000600004. 25. Tareen BU, Mufarrij PW, Godoy G, Stifelman MD. Robot-assisted laparoscopic partial cystectomy and diverticulectomy: Initial experience of four cases. J Endourol 2008;22:1497–500. doi: 10.1089/end.2007.0297. 26. Spiess PE, Correa JJ. Robotic assisted laparoscopic partial cystectomy and urachal resection for urachal adenocarcinoma. Int Braz j Urol 2009;35:609–609. doi: 10.1590/S1677-55382009000500014. 27. Kim DK, Lee JW, Park SY, Kim YT, Park HY, Lee TY. Initial experience with robotic-assisted laparo- scopic partial cystectomy in urachal diseases. Korean J Urol 2010;51:318–22. doi: 10.4111/kju.2010.51.5.318. 28. Kates M, Gorin MA, Deibert CM, Pierorazio PM, Schoenberg MP, McKiernan JM, et al. In-hospital death and hospital-acquired complications among patients undergoing partial cystectomy for bladder cancer in the United States. Urol Oncol Semin Orig Investig 2014;32:53.e9-53.e14. doi: 10.1016/j.urolonc.2013.08.024. 29. Bailey GC, Frank I, Tollefson MK, Gettman MT, Knoedler JJ. Perioperative outcomes of robot-assisted laparoscopic partial cystectomy. J Robot Surg 2018;12:223–8. https://doi.org/10.1007/s11701-017-0717-x. 30. Knoedler J, Frank I. Organ-sparing surgery in urology: Partial cystectomy. Curr Opin Urol 2015;25:111–5. doi: 10.1097/MOU.0000000000000145. 31. Yu HY, Hevelone ND, Lipsitz SR, Kowalczyk KJ, Nguyen PL, Choueiri TK, et al. Comparative analy- sis of outcomes and costs following open radical cystectomy versus robot-assisted laparoscopic radical cystectomy: Results from the US Nationwide Inpatient Sample. Eur Urol 2012;61:1239–44. doi: 10.1016/j.eururo.2012.03.032. 32. Novara G, Catto JWF, Wilson T, Annerstedt M, Chan K, Murphy DG, et al. Systematic review and cu- mulative analysis of perioperative outcomes and complications after robot-assisted radical cystectomy. Eur Urol, vol. 67, Elsevier B.V.; 2015, p. 376–401. https://doi.org/10.1016/j.eururo.2014.12.007. 33. Holzbeierlein JM, Lopez-Corona E, Bochner BH, Herr HW, Donat SM, Russo P, et al. Partial cystectomy: A contemporary review of the Memorial Sloan-Kettering Cancer Center experience and recommendations for patient selection. J Urol ;172:878–81. https://doi.org/10.1097/01.ju.0000135530.59860.7d. 34. Kassouf W, Swanson D, Kamat AM, Leibovici D, Siefker-Radtke A, Munsell MF, et al. Partial Cystectomy for Muscle Invasive Urothelial Carcinoma of the Bladder: A Contemporary Review of the M. D. Anderson Cancer Center Experience. J Urol 2006;175:2058–62. doi: 10.1016/S0022-5347(06)00322-3. 35. Ma B, Li H, Zhang C, Yang K, Qiao B, Zhang Z, et al. Lymphovascular invasion, ureteral reimplan- tation and prior history of urothelial carcinoma are associated with poor prognosis after partial cys- tectomy for muscle-invasive bladder cancer with negative pelvic lymph nodes. Eur J Surg Oncol 2013;39:1150–6. doi: 10.1016/j.ejso.2013.04.006. 36. De Groote R, Gandaglia G, Geurts N, Goossens M, Pauwels E, D’hondt F, et al. Robot-assisted radical cystectomy for bladder cancer in octogenarians. J Endourol;30:792–8. doi: 10.1089/end.2016.0050 37. Evans RA, Texter JH Jr. Partial cystectomy in the treatment of bladder cancer. J Urol 1975;114(3):391-3. doi: 10.1016/s0022-5347(17)67037-x. 38.Stewart BH, Novick AC. Current perspectives on palliative therapy in cancer of the bladder. Cancer Res 1977; 37(8 Pt 2):2781-8. 39. Cummings KB, Mason JT, Correa RJ Jr, Gibbons RP. Segmental resection in the management of bladder carcinoma. J Urol 1978;119(1):56-8. doi: 10.1016/s0022-5347(17)57381-4. 40.SchoborgTW,SapolskyJL,LewisCWJr. Carcinomaofthebladdertreatedbysegmentalre- section. J Urol 1979;122(4):473-5. doi: 10.1016/s0022-5347(17)56469-1. 41. Jardin A, Vallancien G. Partial cystectomy for bladder tumours. Prog Clin Biol Res 1984;162A:375-85. 42. Lindahl F, Jørgensen D, Egvad K. Partial cystectomy for transitional cell carcinoma of the blad- der. Scand J Urol Nephrol 1984;18(2):125-9. doi: 10.3109/00365598409182179 43. Kaneti J. Partial cystectomy in the management of bladder carcinoma. Eur Urol 1986;12(4):249-52. doi: 10.1159/000472629. 44. Magri J. Partial cystectomy: a review of 104 cases. Br J Urol 1962 Mar;34:74-87. 45. Utz DC, Schmitz SE, Fugelso PD, Farrow GM. Proceedings: A clinicopathologic evaluation of partial cystectomy for carcinoma of the urinary bladder. Cancer 1973 Nov;32(5):1075-7. doi: 10.1002/1097-0142(197311)32:5<1075::aid-cncr2820320509>3.0.co;2-b. 46. Brannan W, Ochsner MG, Fuselier HA Jr, Landry GR. Partial cystectomy in the treatment of transitional cell carcinoma of the bladder. J Urol 1978 Feb;119(2):213-5. doi: 10.1016/s0022-5347(17)57436-4. 47. Merrell RW, Brown HE, Rose JF. Bladder carcinoma treated by partial cystectomy: a review of 54 cases. J Urol 1979 Oct;122(4):471-2. doi: 10.1016/s0022-5347(17)56467-8.

Релевантные публикации

Реконструкция опорно-связочного аппарата малого таза при робот-ассистированной радикальной простатэктомии как этап кривой обучения

Я.А. Светочева, Р.И. Слусаренко, Д.Г. Цариченко, Р.Б. Суханов, Е.А. Безруков, Л.М. Рапопорт
Абдоминальная хирургия, Урология